top of page
  • Парантеза

Адрианна Майор: Боги и роботы


Робот, вырабатывающий самосознание и восстающий против своих создателей — классический персонаж современной научной фантастики. Как и многие другие популярные литературные персонажи, он был создан в античности — прежде всего, в мифах и легендах о Дедале, Прометее, Гефесте и Талосе.



Кто первым придумал роботов, автоматонов, технологии улучшения человека и искусственный интеллект? Историки, как правило, приписывают изобретение автоматонов средневековым ремесленникам, создававшим самодвижущиеся механизмы. Но идеи об имитации и улучшении человека посредством биотехнэ — то есть первые намёки на то, что мы сегодня зовём биотехнологией — возникли гораздо раньше, а именно две с половиной тысячи лет назад, в мифологии.


Задолго до заводных изделий Средневековья и автоматонов раннего Нового времени идеи о создании искусственной жизни — и сомнения насчёт этичности имитирования природы — получили выражение в греческих мифах.


Существа, которые были «сотворены, а не рождены», фигурируют в мифах о Ясоне и аргонавтах, бронзовом роботе Талосе, техноведьме Медее, гениальном изобретателе Дедале, похитителе огня Прометее и Пандоре, злом фемботе, созданном покровителем изобретательства Гефестом. В этих мифах выражено древнее стремление к созданию искусственной жизни. Идея о создании искусственной жизни возникла задолго до того, как появились технологии, позволяющие воплотить её в жизнь.


Всех мифологических автоматонов и андроидов объединяет то, что они были «сотворены, а не рождены». В древнем мире герои, чудовища и даже бессмертные боги-олимпийцы были рождены, как простые смертные. Данная тема фигурирует и в современной научной фантастике. Например, сюжет фильма «Бегущий по лезвию 2049» (2017) вращается вокруг вопроса о том, являются ли определённые персонажи репликантами, то есть копиями людей, или настоящими людьми, зачатыми и рождёнными естественным путем. Разграничение между естественным рождением и искусственным созданием с давних времён обозначало грань между человеческим и нечеловеческим, естественным и неестественным.


Героями греческих, этрусских и римских историй об искусственной жизни выступают двое небожителей, бог-кузнец Гефест и титан Прометей, и двое людей, Медея и Дедал. Все эти четыре персонажа наделены сверхчеловеческой изобретательностью, творческим мышлением, техническим мастерством и выдающимися художественными способностями.



РОБОТ И ВЕДЬМА: ТАЛОС И МЕДЕЯ


Согласно древнегреческой мифологии, первым «роботом» на земле был бронзовый гигант по имени Талос.


Талос был живой статуей, охранявшей остров Крит и одним из трёх чудес, созданных Гефестом, богом-кузнецом и покровителем технологии и изобретательства. Все три были созданы по заказу Зевса для его сына Миноса, легендарного первого царя Крита. Двумя другими чудесами были золотой колчан с волшебными стрелами, которые всегда попадали в цель, и золотой пёс Лелап, от которого не мог убежать ни один зверь. Задачей Талоса было охранять Крит от пиратов.


Металлический андроид-автоматон Талос способен был выполнять сложные, свойственные человеку действия, и был «запрограммирован» засекать корабли чужаков и швырять в них огромные валуны. Было у Талоса и ещё одно умение, смоделированное по примеру человека.


В ближнем бою механический гигант «обнимал» своих жертв, раскаляя докрасна своё бронзовое тело и сжигая их живьём.


Самое известное описание Талоса находим в конце эпоса Аполлония Родосского «Аргонавтика», повествующего о приключениях Ясона и Аргонавтов в поисках Золотого руна. Согласно «Аргонавтике» и другим версиям этого мифа, жизнь в Талоса вдыхал ихор, «кровь» бессмертных богов. Отсюда вопрос: был ли Талос бессмертным? Был ли он бездушной машиной или живым существом?


В конце «Аргонавтики» Ясон и Аргонавты направляются домой с Золотым руном. Но их корабль застревает в пути из-за отсутствия ветра. Уставшие от нескольких дней непрерывной гребли, Аргонавты заходят в тихую бухту между двумя высокими скалами. Талос мгновенно замечает их. Он отламывает огромные куски скалы и бросает ими в корабль. Аргонавты в панике бросаются бежать.


Тогда им на помощь приходит волшебница Медея.


Прекрасная femme fatale из черноморского царства Колхиды, Медея владела ключом к юности и старости, жизни и смерти. Она могла гипнотизировать людей и животных, знала заклинания и умела готовить мощные снадобья. Она также знала, как защититься от огня, и владела тайной вечного «жидкого огня», известного как «масло Медеи» — нафты из нефтяных колодцев вокруг Каспийского моря. В трагедии Сенеки «Медея» волшебница хранит этот «волшебный огонь» в герметичном золотом ящике и утверждает, что сам Прометей научил её владеть огнём.



Медея (др.-греч. Μήδεια — «мысль, намерение, замысел») понимает, что победить Талоса можно при помощи контроля над сознанием и знания физиологии робота. Ей известно, что бог Гефест наделил Талоса одной-единственной веной, через которую по телу циркулировал ихор. Эта вена была закрыта одним бронзовым гвоздём в лодыжке гиганта.


Медея сразу поняла, что лодыжка робота — это его слабое место.


Шепча таинственные заклинания для вызова злых духов и яростно скрежеща зубами, Медея сосредотачивает свой проницательный взгляд на глазах Талоса и при помощи телепатии дезориентирует гиганта. Подбирая очередной валун, Талос оступается, задевает лодыжкой острый камень, и жизненная сила вытекает из него «как расплавленный свинец». Талос покачивается как огромная подрубленная сосна и с оглушительным грохотом падает на землю.


Аполлоний писал в III веке до н.э., когда в египетском городе Александрия производились и демонстрировались самые разные автоматоны и самодвижущиеся машины. Аполлоний был родом из Александрии и занимал там пост главы местной библиотеки. То, как он описывает Талоса, указывает на его знакомство со знаменитыми движущимися статуями и механическими устройствами Александрии.


Мифы не дают однозначного ответа на вопрос о том, был ли Талос наделён свободой воли и чувствами. Несмотря на то, что он был «сотворён, а не рождён», Талос в своей смерти предстаёт как человек, даже герой. В других, более сложных версиях мифа Медея повергает бронзового гиганта при помощи магических pharmaka (наркотических веществ), а затем внушает Талосу жуткую галлюцинацию о его насильственной смерти и играет на его «чувствах». Талосу в этих версиях свойственны человеческие страхи и чаяния, свобода воли и разум. Медея убеждает Талоса, что может сделать его бессмертным — но для этого нужно вынуть из его лодыжки бронзовый гвоздь. Талос соглашается.


Когда закрывающий вену гвоздь оказывается устранён, ихор вытекает из тела Талоса, и «жизнь» покидает его.


Современному читателю медленная агония робота напоминает знаменитую сцену из фильма Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001 года». Когда банки памяти компьютера HAL 9000 выходят из строя, он начинает рассказывать историю своего «рождения». Но HAL был «сотворён, а не рождён», поэтому его «рождение» — это фикция, заложенная его создателями, так же как в фильме «Бегущий по лезвию» воспоминания искусственно созданы и заложены в память репликантов. Последние исследования в области взаимодействия между человеком и роботом показывают, что люди склонны антропоморфизировать роботов, если те ведут себя как люди и имеют имя и личную историю. Несмотря на то, что роботы не способны чувствовать, мы приписываем движущимся объектам, подражающим человеческому поведению, эмоции и способность испытывать страдания и жалеем их, когда они оказываются повреждены или уничтожены. В фильме «Ясон и аргонавты» (1963) мастеру по спецэффектам Рэю Харрихаузену удалось передать способность Талоса мыслить и чувствовать. В сцене смерти гигантский робот беспомощно хватается руками за горло и падает на землю. Современный зритель испытывает сочувствие к беспомощному гиганту, ставшему жертвой хитростей Медеи.



До нас дошли лишь отдельные фрагменты многочисленных античных историй о критском роботе. Иллюстрации на вазах и монетах позволяют дополнить картину, так как изображения Талоса иногда содержат детали, отсутствующие в уцелевших письменных источниках. Яркий пример — монеты города Фест, одного из трёх центров минойской цивилизации. На этих монетах Талос изображён метающим камни. Ни в одном из уцелевших источников не упоминается о том, что у Талоса были крылья, но на этих монетах они у него есть.


Возможно, крылья имели символическое значение, указывая на бессмертие или сверхчеловеческую скорость гиганта (по подсчётам, чтобы трижды за день обойти остров, он должен был передвигаться со скоростью 150 миль в час).


На обратной стороне некоторых монет рядом с Талосом изображён золотой пес Лелап, созданный Гефестом для царя Миноса.


Примерно за два столетия до того, как Аполлоний написал «Аргонавтику», то есть в 430-400 годах до н.э., художник изобразил Талоса на краснофигурной вазе. Мощное металлическое тело автоматона напоминает бронзовую статую, а его торс — доспехи Лорика мускулата, которые носили греческие воины. Кроме того, художник покрасил Талоса в жёлтовато-белый цвет, чтобы отличить его бронзовое тело от человеческой кожи.


На другом изображении, на этот раз выполненном на кратере, найденном на юге Италии, Талос изображён как теряющий равновесие бородатый человек. Возле правой ноги робота мы видим присевшего на одно колено Ясона, который при помощи некоего инструмента удаляет маленький круглый болт на лодыжке Талоса. За спиной у Ясона стоит Медея с чашей зелий. Крылатый Танатос поддерживает ногу Талоса.


Насколько стара история о Талосе сказать трудно, но самое раннее письменное упоминание о нём содержится в стихотворении Симонида (556 – 468 до н.э.). Симонид называет Талоса phylax empsychos, «живым стражем», выкованным Гефестом. Более того, Симонид утверждает, что прежде чем приступить к службе на Крите, бронзовый гигант убил множество людей на Сардинии, сжимая их в своих смертельных объятиях. В античные времена Сардиния была известна благодаря производству меди, свинца и бронзы. Во время расцвета нурагической цивилизации (950 — 700 гг. до н.э.) сардинийские кузнецы выковали целый отряд бронзовых статуй при помощи утраченной ныне техники литья по выплавляемым моделям. Эти статуи высотой от 6,5 до 8 футов, известные как гиганты Монте Прама — первые крупные антропоморфные статуи на территории Средиземноморья после Колоссов Мемнона.



Загадочные гиганты Сардинии имеют необычные лица: вместо глаз у них крупные концентрические круги, а вместо рта — узкий прорез. Такой облик сегодня ассоциируется с роботами из популярной научной фантастики, вроде дроида C-3PO из «Звёздных войн». Начиная с 1974 года археологи раскопали на Монте Прама 44 каменных гиганта. Считается, что они были священными стражами. Если это так, то они выполняли ту же функцию, что и Талос.


Во многих древних мифах и легендах искусственным путём созданные существа сделаны из тех же материалов и при помощи тех же методов, которые ремесленники используют для создания орудий труда, вооружений, статуй, зданий и произведений искусства, однако сврехъественный результат указывает на божественное вмешательство.


Талос и ему подобные персонажи — это примеры существ, созданных посредством не просто магических заклинаний, а biotechne (от bios — «жизнь» и techne — «искусство, мастерство, умение»).


Со времён античности и до Средних веков бронза была излюбленным материалом для создания «живых машин» и автоматонов. Дело не только в том, что литьё из бронзы было связано с тщательно охраняемыми знаниями и умениями, но и в том, что этот способ позволял воспроизвести человеческие и животные формы с высокой степенью реалистичности. Возможно, отчасти из-за этого факта древнегреческие кузнецы считались волшебниками, пишет в своей истории металлургии Сандра Блэйкли. В то же время, добавляет она, «сравнение ремесленника с волшебником могло быть попросту высшей степенью похвалы». В случае с техникой литья по выплавляемым моделям сходство с реальным человеком и животным достигалось как по волшебству. А как гласит знаменитый Третий закон, сформулированный футурологом Артуром Кларком: «любая достаточно развитая технология неотличима от магии». Согласно логике магического мышления, высокая степень реалистичности означает, что искусственная копия также наделена свободой воли.


В мифах об искусственной жизни переплетены магия и биомеханика. Мифы о Талосе отличает то, что физиология бронзового автоматона в них описана мифо-техническим языком со ссылкой на медицинские и научные знания античности. В мифах ихор означал «кровь» богов. Но в медицинских текстах ихором называлась желтоватая кровяная сыворотка. Более того, в «Аргонавтике» Аполлоний, говоря о единственной вене бронзового гиганта, использует тот же термин, которым обозначались кровяные сосуды в греческих медицинских трактатах.


Талос сочетал в себе живое и искусственное, биологию и металлургию, поэтому его можно по праву называть древним киборгом.


Согласно греческой мифологии, золотистый ихор тёк в венах богов вместо крови потому что они были вскормлены амброзией и нектаром, дарующими бессмертие. Даже получив травмы и потеряв несколько капель ихора, боги не умирали, так как их организм быстро восстанавливался. Несмотря на то, что в теле Талоса также тёк золотистый ихор, Медея поняла, что если бронзовый гигант потеряет весь ихор, то умрёт.


Примечательно, что расположение слабого места робота имеет биологические обоснование. Согласно трактатам Гиппократа о кровопускании, для данной процедуры традиционно использовалась большая вена на лодыжке.



За две с половиной тысячи лет до киборга-полицейского из фильма «Робокоп» (1987) и бионических убийц из серии фильмов «Терминатор» (1984-2015), древние греки создали истории о стражах-роботах, созданных при помощи биотехнэ, супертехнологии, имитирующей природу. Посредством мифов о Талосе и других автоматонах древние люди рассуждали о том, чем является «сотворённое, а не рождённое» существо — бездумной машиной или автономным, наделённым чувствами организмом. В мифе о Талосе была впервые высказана мысль, которая позже стала центральной темой многих научно-фантастических книг и фильмов: «Франкенштейна» (1818) Мэри Шелли, «Бегущего по лезвию» Ридли Скотта (1982) и Дени Вильнева (2017), «Она» (2013) Спайка Джонса и «Ex Machina» (2014) Алекса Гарланда — мысль о том, что автоматон может захотеть стать настоящим человеком. Медея осознала, что Талос, как и люди, боится смерти и жаждет бессмертия.



ДЕДАЛ И ЕГО ЖИВЫЕ СТАТУИ


После прибытия на Сицилию Дедал продолжил свою карьеру архитектора, художника и инженера при дворе короля Кокала. Согласно легенде, Дедал построил для Кокала неприступный акрополь в городе Акрагас (сегодня Агридженто), подняться к которому можно было лишь по узкому, извилистому корридору (отголосок критского лабиринта). Проект Дедала был настолько хитрым, что для обороны крепости достаточно было всего трёх-четырёх воинов.


Загадочные каменные башни нураги, которыми усеяна Сардиния, также считаются его работой. Кроме того, Сардиния — это родина гигантов Монте Прама, которых учёные сравнивают с критскими статуями в дедаловском стиле, относящимися к VII веку до н.э. Археологи отмечают, что для создания каменных гигантов Сардинии использовались сложные инструменты, нетипичные для древней культуры. Это может служить объяснением, почему Делал связывался с островом. Судя по всему, при создании статуй использовались каменные зубила с металлическими режущими кромками разного размера, ручной шабер и гравировальная палочка. Как упоминалось ранее, роботоподобные Т-образные лица этих статуй состояли из двух концентрических кругов, обозначавших глаза, и тонкого разреза, обозначавшего рот. Для создания этих идеальных кругов требовался циркуль. И действительно, археологи нашли на Сардинии древние нурагические свёрла и железный компас.



Ещё Дедал построил для короля Кокала консольную платформу для храма Афродиты на склоне горы Эрикс. Также в честь богини Дедал создал позолоченного барана, чьи рога, копыта и шерсть были выполнены настолько искусно, что его можно было принять за живого. Знаменитый бронзовый баран из дворца тирана Агафокла в Сиракузах позволяет составить представление о том, как мог выглядеть баран Дедала.


Среди проектов, созданных по заказу царя Кокала, была также омолаживающая парная баня, построенная, согласно легенде, на вулканических термах в городе Шакка, возле Селинунта.


С этим проектом связан один весьма драматичный эпизод в сицилийской карьере Делала. Царь Минос был одержим желанием отомстить за убийство Минотавра.


Путешествуя по Средиземноморью в поисках Дедала, Минос возил с собой большую спиралевидную раковину и обещал щедрую награду тому, кто сможет пропустить через неё нить — явная аллюзия на построенный Дедалом лабиринт.


Прибыв на Сицилию, Минос загадал свою загадку Кокалу. Желая получить награду, тот втайне показал раковину Дедалу. Дедал поместил каплю меда с одной стороны и просверлил крошечное отверстие с другой. Затем он приклеил тонкую нить к спине муравья и поместил того в отверстие. Муравей преодолел витки раковины и нашёл мёд. Когда Кокал вернул раковину с продетой через неё нитью Миносу, тот тотчас же потребовал выдать ему Дедала, единственного человека, которому под силу было разгадать эту загадку.


Выведенный на чистую воду, Кокал сделал вид, что согласен выдать Дедала. Но прежде он пригласил Миноса в свою знаменитую баню. Когда Минос отдыхал в гроте, дочери Кокала и Дедал воспользовались моментом и убили его, ошпарив кипящей водой из термальных источников Шакки.


Дедал обязан был своей репутацией умению с поразительной точностью воспроизводить живых существ. Он специализировался на статуях, которые были настолько реалистичны, что им приписывалась способность двигаться.


Чудесные изделия Делала стали называться «дайдала».


Список статуй, приписываемых Дедалу, очень длинный. Помимо уже упомянутого барана, среди них были оловянные и латунные статуи его самого и Икара на островах Электридах в Адриатическом море, Артемиды в Моногиссе, Кария (Малая Азия), статуя самого себя в храме Гефеста в Мемфисе, реалистичные львы и дельфины для алтаря на побережье Ливии, статуи Геракла в Фивах и Коринфе.


По утверждению Аполлодора, сам Геракл был обманут реалистичностью своих статуй. Однажды ночью герой наткнулся на одну из этих статуй в портике. Захваченный врасплох, он тотчас схватил камень и швырнул его в «незваного гостя».



Около 350 года до н.э. Аристотель в своих трактатах о природе рассуждал об автоматонах, марионетках и куклах, приводимых в движение посредством технэ (верёвок, грузов, пружин и колесиков) и сходстве их движений с движениями животных. В «Политике» Аристотель прямо говорит о самодвижущихся статуях вроде тех, которые были созданы Гефестом и Дедалом. В трактате «О душе» Аристотель отдельно упоминает самодвижущиеся статуи Дедала в контексте рассуждения об атомизме Демокрита. Он также приводит слова своего современника, комического драматурга Филиппа, о том, что знаменитая статуя Афродиты приводилась в движение при помощи ртути, которой Дедал заполнил полую статую.


Ртуть действительно использовалась в самодвижущихся игрушках в Средневековье и начале Нового времени. А инженер Герон Александрийский (живший в I веке до н.э.) разработал открывающиеся сами собой храмовые двери, приводимые в движение при помощи блоков и кипящей воды. Он утверждал, что другие использовали альтернативную систему, основанную на нагретой ртути.


По словам Пиндара, на острове Родос было несколько живых статуй, похожих на творения Дедала. Легендарные «живые статуи» представляют особый интерес в качестве примеров «искусственной жизни».


Многие классические авторы утверждали, что дайдала могли вращать глазами и издавать звуки, двигать руками и ходить. В то же время, велись споры по поводу того, могли ли статуи Дедала двигаться или их движение было всего лишь иллюзией.


Действительно ли созданные мифологическим изобретателем статуи могли двигаться или нет, неясно.


Ртуть в античные времена была окутаной тайной субстанцией. Некоторые утверждали, что минерал магнетит, естественный магнит, притягивающий железо, также был живым и наделённым даймоном. Этот редкий минерал, известный как ferrum vivum — «живое железо», обладал загадочной силой приводить в движение железные объекты. Это натолкнуло некоторые творческие умы на мысль об использовании свойств магнетита с целью впечатлить публику. Что если, рассуждали они, при помощи «живого железа» можно создать железную статую человека, которая будет парить в воздухе как божество или птица?


В период правления греческого царя Египта Птолемея II Филадельфа (283 – 246 гг. до н.э.) в Александрии было построено много уникальных сооружений. Он взял в жёны собственную сестру, Арсиною II, и после её смерти стал почитать её как богиню. В 270 году до н.э. он издал приказ, согласно которому её образ должен был украшать каждый храм в Египте. Плиний сообщает, что царь поручил знаменитому архитектору создать прекрасную статую Арсинои для храма в Александрии. Плиний называет его «Тимохар», но возможно он имеет в виду Дейнократа с острова Родос, архитектора Александра Македонского, который разработал план города Александрия. Проект Дейнократа подразумевал создание над железной статуей Арсинои куполообразной крыши из магнитного камня. По его замыслу, царица должна была волшебным образом парить в воздухе, что должно было символизировать её восхождение на небеса. Этот грандиозный замысел так никогда и не был воплощён в жизнь по причине смерти как архитектора, так и Птолемея II Филадельфа в 246 годну до н.э.



Уникальные технологии вызывали у жителей древней Греции sebas, thauma и thambos — благоговение, восторг и изумление.


Многие авторы писали о том, что, столкувшись с реалистичными копиями животных и людей, зрители испытывали смесь удивления и тревоги. Это ощущение можно рассматривать как древний аналог эффекта «зловещей долины».


Данное явление, впервые описанное в роботехнике в 1970 году, означает чувство дискомфорта и отвращения, которое люди испытывают, имея дело с роботами, выглядящими почти как человек (но не в точности как настоящий человек), причём движение или иллюзия движения усиливает негативные эмоции.


Самые ранние примеры эффекта «зловещей долины» в древней Греции встречаются в «Одиссее» Гомера. Одиссей описывает схожую реакцию сначала при виде ремня с реалистичными изображениями диких зверей и убийц с горящими глазами в мире мёртвых, а позже — мантии, на бляхе которой изображён пес, загрызающий молодую лань.



ПРОМЕТЕЙ И ПЕРВЫЕ ЛЮДИ


Согласно наиболее известным версиям мифа, ремесленник Прометей лепит людей из глины, а бог или богиня довершает творение титана. Иллюстрации изображают Прометея создающим первых людей под руководством Афины, которая вдыхает в них жизнь, символизируемую бабочкой. Все эти изображения — римские. Они относятся к началу христианской эпохи и имеют очевидные параллели с библейской историей об Адаме и Еве.


Однако примерно тысячью годами ранее были созданы этрусские украшения, иначе изображающие создание первых людей. Эти украшения можно разделить на две группы: на изделиях первой группы Прометей создаёт человека по частям на каркасе из шестов, начиная с головы и торса. На изделиях второй Прометей показан работающим над внутренней структурой человека — скелетом.


В первом случае Прометей работает самостоятельно, используя инструменты и техники античных ремесленников. Сначала он использует молоток, шабер, скальпель и прут или вервку для измерения пропорций человеческого тела, а затем оценивает ровность готового изделия при помощи отвеса. Во втором случае Прометей конструирует первого человека изнутри, начиная со скелета.


Важно отметить, что изображения скелетов встречались в древнегреческом и этрусском искусстве крайне редко.


В этом контексте любопытно привести для сравнения древнюю китайскую историю об искусственном человеке. История эта, фигурирующая в книге «Ле-цзы», приписываемой даосскому философу Ле Юйкоу, имеет место в период правления императора Му-вана (976 до н. э. — 922 до н. э.) из династии Чжоу и повествует об андроиде, созданном мастером по имени Ян. Мастер Ян демонстрирует Царю Му и его наложницам своего чудесного искусственного человека, который ходит, танует, поёт и в целом в совершенстве имитирует действия реального человека. Царь приходит в восторг — но только до тех пор пока искусственный человек не начинает флиртовать с его любовницами. Однако гнев царя сменяется изумлением, когда Ян вскрывает автоматона и демонстрирует его внутреннюю конструкцию, «в точности повторяющую физиологию человека». Снаружи искусственный человек сделан из кожи, дерева, волос, зубов, клея и лака, а внутри находятся искусственные мышцы, скелет и органы.



Древняя идея о создании сверхреалистичных андроидов популярна и в современной научной фантастике. Например, в фильме «Бегущий по лезвию 2049» обнаружение захоронения со скелетом репликанта Рэйчел позволяет установить, что репликанты не только наделены человеческой физиологией, но и способны рожать детей.


Изображая Прометея создающим первого человека начиная со скелета, художник уподобляет титана скульптору, создающему статую начиная с каркаса.


Деревянные каркасы, или kanaboi, использовались древними скульпторами в качестве остова, на который на дальнейших этапах накладывались глина, воск или гипс. Деревянные каркасы, как указывают Павсаний, Гесихий Александрийский и Фотий I, также использовались при литье бронзовых статуй по выплавляемым моделям.


Изображение kanaboi указывает на то, что художник считает работу Прометея формой биотехнэ. Во всех вариантах мифа о Прометее созданные титаном фигурки становятся живыми мужчинами и женщинами. Здесь вспоминается древняя идея о том, что люди — это автоматоны богов. Глубокий страх, который мы испытываем при мысли о том, что мы — не более чем бездушные машины, контролируемые неведомыми силами, ставит сложный философский вопрос, над которыми люди размышляли с древних времён: если мы действительно сотворены богами, то как мы можем быть наделены свободой воли?


Идея о том, что люди — это игрушки в руках злого демиурга, получила выражение в течении гностицизма (I — III вв. н.э.). В XIX веке тему автономии человека поднимали Томас Генри Гексли и Уильям Джеймс, а в XX веке к идеям гностицизма обращались философ Джон Грэй в «Душе марионетки» (2015) и Филип Пулман в трилогии «Тёмные начала» (1995-2000). Фильм «Бегущий по лезвию» (1982 и 2017) — ещё один пример того, как научная фантастика эксплуатирует параноидальные теории о том, что наш мир уже сейчас населён андроидами и невозможно при помощи теста Тьюринга доказать самому себе, что вы не андроид.


Один из репликантов в фильме «Бегущий по лезвию» раз за разом повторяет знаменитый тезис французского философа Рене Декарта: «Мыслю, следовательно существую».


Декарт был хорошо знаком с механическими автоматонами своего времени и считал, что тело человека — это тоже механизм. Задолго до появления теста Тьюринга Декарт понял, что однажды человечеству понадобится метод, при помощи которого можно будет отличить человека от машины. «Но если бы сделать машины, которые имели бы сходство с нашим телом и подражали бы нашим действиям, насколько это мыслимо, то у нас всё же было бы два верных средства узнать, что эта не настоящие люди, — писал он. — Во-первых, такая машина никогда не могла бы пользоваться словами или другими знаками, сочетая их так, как это делаем мы, чтобы сообщать другим свои мысли. Во-вторых, хотя такая машина многое могла бы сделать так же хорошо и, возможно, лучше, чем мы, в другом она непременно оказалась бы несостоятельной, и обнаружилось бы, что она действует не сознательно, а лишь благодаря расположению своих органов».


К V веку до н.э. афиняне начали почитать бунтаря Прометея и бесценные дары технологий, преподнесённые им человечеству. Прометею был посвящён алтарь рядом с алтарями Афины и Гефеста в роще академии Платона. В ходе главного общественного события в городе, Панафинейских игр, жители почитали Прометея-огненосца посредством эстафеты огня. Эстафета начиналась у алтаря академии Платона, проходила через район Керамик (где жили гончары и прочие ремесленники, считавшие Прометея своим покровителем) и заканчивалась разжиганием священного огня на алтаре Афины в Акрополе.


В Средние века и эпоху Возрождения похищение Прометеем огня и его последующие муки стали служить аллегорией стремящейся к просветлению души.


С тех пор Прометей не перестаёт вдохновлять художников, писателей, мыслителей и учёных как символ творческого и изобретательского гения, человечности, разума и героической борьбы против тирании.


Два знаменитых литературных произведения служат иллюстрацией того, что и более поздние авторы черпали вдохновение в истории о Прометее. В «Отелло» Шекспира Отелло говорит убитой им Дездемоне: «На свете не найдётся Прометея / Чтоб вновь тебя зажечь, как ты была». Это указание на то, что Прометей сам вдыхал жизнь в глиняные фигурки при помощи огня, похищенного у богов.



Прометеева энергия в форме электричества используется, чтобы пробудить к жизни чудовище, созданное из фрагментов похищенных тел, в знаменитой сцене из фильма «Франкенштейн» (1931) с Борисом Карлоффом в главной роли, снятом по роману Мэри Шелли. В своей книге Шелли преподносит гениального учёного Виктора Франкенштейна как «Прометея-огненосца» своего времени. Она также заимствует научные и псевдонаучные идеи об алхимии, переселении душ, химии, электричестве и физиологии человека, бытовавшие в ту эпоху.


Некоторые исследователи считают, что Мэри Шелли вдохновили мрачные эксперименты алхимика Иоганна Диппеля из замка Франкенштейн, которые тот проводил неподалёку от виллы на Женевском озере, где писала Шелли. Споры о проводимых Луиджи Гальвани экспериментов по электростимуляции были ещё одной популярной темой в 1790-х годах. Шелли несомненно знала о зловещих опытах, в ходе которых трупы людей и животных «реанимировались» при помощи электричества. В 1803 году в Лондоне состоялась публичная демонстрация гальванизма с купленным телом повешенного убийцы. В отличие от оригинальной версии, в переиздании 1831 года прямо упоминается гальванизм.


Подзаголовок «Современный Прометей» Шелли позаимствовала из эссе Иммануила Канта, который окрестил так Бенджамина Франклина за его эксперименты с электричеством.


Ещё одним источником вдохновения для Шелли могла послужить колдунья из Фессалии Эрихто, обходящая кладбища и поля битвы в поисках частей тела для своих заклинаний. В своей поэме «Фарсалия, или О гражданской войне» Марк Анней Лукан описывает, как Эрихто использует органы дохлых животных для воскрешения трупов людей. Эрихто бормочет заклинания и скрежещет зубами, повелевая павшим восстать из мёртвых. Трупы рывком встают на ноги и начинают бесцельно ходить вокруг, не сгибая коленей (что напоминает стереотипную походку зомби и роботов). В ужасе от того, что их вернули к жизни таким противоестественным способом, живые мертвецы бросаются в пламя погребального костра.


В книге Шелли, которую часто называют первым современным научно-фантастическим романом, учёный мечтает создать существо, прекрасное телом и душой. Однако в результате он получает ужасного монстра, который сеет хаос и ненавидит своего создатея. Некоторые современные мыслители видели в бесконечных муках Прометея аллегорию сожаления по поводу сотворения человека, а некоторые историки роботехники — предостережение о том, что «тот, кто пытается создать искусственную жизнь, выходит за пределы дозволеного человеку и ступает в область божественного».



ГЕФЕСТ: БОЖЕСТВЕННЫЕ ПРИСПОСОБЛЕНИЯ И АВТОМАТОНЫ


Самыми удивительными из творений Гефеста были предельно реалистичные и/или самодвижущиеся автоматоны, наделённые неким подобием сознания. Помимо бронзового гиганта Талоса, огнедыщащих медных быков халкотавров и истязавшего Прометея орла, он также создал лошадей, собак и льва.


Большинство историй о механических зверях Гефеста очень древние. Исключение — история, рассказанная византийским поэтом Нонном Панополитанским, который приписывал Гефесту создание двух бронзовых лошадей, тянущих несокрушимую колесницу, принадлежащую его сыновьям, Кабирам. Как и в случае с медными быками, из пастей лошадей извергался огонь.


Гораздо раньше Гефесту приписывалось создание ещё одной лошади. На уникальном этрусском зеркале, относящимся к IV веку до н.э., изображена металлическая статуя лошади Пекс, которую ваяет Сефланс, этрусский аналог Гефеста, вместе со своим помощником, держащим в руке молоток.


Некоторые исследователи считают, что на зеркале изображён Троянский конь, однако данная интерпретация вызывает сомнения. У лошади на зеркале нет колёс, тогда как Троянский конь на более ранних греческих иллюстрациях изображается на колёсах. Также не известен ни один греческий миф, связывающий Гефеста с Троянским конём. По словам Гомера, Троянского коня соорудил из дерева греческий ремесленник по имени Эпей. Более того, Пекс — это этрусское имя Пегаса, однако у лошади на зеркале нет крыльев, а согласно греческому мифу Пегас был рождён из отрубленной головы горгоны Медузы.


Присмотревшись внимательнее, можно заметить, что искусственная лошадь прикована за переднюю ногу к камню.


Это странная деталь как для безжизненной статуи. Но только до тех пор, пока мы не вспоминаем шутки древних афинян о необходимости привязывать «живые статуи», чтобы те не сбежали. Цепь на ноге животного может указывать либо на реалистичность искусственной лошади, либо на то, что Сефланс и его помощник создают движущуюся статую.



Бронзовые треножники, металлические подставки для чаш и котлов, были очень популярны во времена античности. Церемониальные, украшенные орнаментом и рельефом треножники использовались в храмах и преподносились в качестве подарков. Гефест создал двадцать бронзовых котлов на треножниках с золотыми колёсиками, которые могли двигаться без посторонней помощи, доставляя богам нектар и амброзию во время пиров, а затем возвращаясь к своему создателю.


Фрагменты «Илиады», описывающие треножники на колёсиках и автоматически открывающиеся ворота Олимпа — это самые ранние примеры употребления слова αὐτόματον — «действующий по собственной воле».


Как отмечают многие историки, движущиеся треножники, обслуживающие богов-олимпийцев, напоминают современные трудосберегающие приспособления, беспилотные автомобили, военных и промышленных роботов. Гомер сообщает нам, что стремление к «автоматизации» имеет очень древние корни.


До нас не дошли древнегреческие изображения треножников на колёсиках. Однако в Средиземноморье было найдено много относящихся к бронзовому веку (XIII-XII вв. до н.э.) украшенных орнаментом бронзовых тележек на четырёх колёсах, которые предназначались для перевозки котлов. Описанные Гомером движущиеся треножники могли работать на основе рельсов, пружин, рычагов, верёвок, блоков, грузов или магнитов. Одну из возможных рабочих моделей автоматического треножника можно найти в Музее древнегреческих технологий Костаса Коцаноса в городе Пиргос. В этой модели используются зерно, грузы, верёвки и поперечные штифты — техника, разработанная трудившимися в Александрии инженерами Филоном Византийским и Героном Александрийским.


К III веку до н.э. Александрия превратилась в центр механических инноваций. Вероятно вдохновлённый описанными в «Илиаде» треножниками Гефеста, Филон создал подающего вино автоматона в виде женщины. Робот был неподвижным, однако его можно было поставить на колёса и катить по наклонной поверхности. Именно такой автоматон описан в относящемся к 1206 году трактате арабского изобретателя Аль-Джазари.


В древнегреческом искусстве отсутствуют изображения треножников на колёсиках, но зато есть одно изображение летающего треножника.


Оно фигурирует на изысканной вазе, сделанной в 500-470 годах до н.э. талантливым художником, известным как Берлинский вазописец. На этой вазе Аполлон изображён восседающим верхом на крылатом треножнике, пролетающим над выпрыгивающими из воды дельфинами. К какому мифу относится данное изображение неизвестно. Но есть множество указаний на то, что идея летающих колесниц была очень популярной в древние времена.


Три из многочисленных изображений таких колесниц принадлежат Берлинскому вазописцу, а самое известное относится к 525 году до н.э. и приписывается Амвросийскому вазописцу. Гефест на нём изображён сидящим в кресле или колеснице с крыльями. На нескольких других вазах сидящим на таком же кресле изображён Триптолем, герой цикла элевсинских мифов, который по приказу Деметры отправляется вокруг света на летающей колеснице, распространяя знания о сельском хозяйстве. Данный сюжет фигурирует, в частности, во фрагменте утраченной пьесы Софокла. В письменных источниках не упоминается о крыльях — эта деталь была добавлена вазописцами, чтобы передать способность летать. Вероятно так же обстояло дело и с летающими машинами Аполлона и Гефеста.



Созданные богом кузнечного дела треножники были бездушными машинами. Но Гефест также создавал автоматонов в человеческом обличье. Во фрагменте утраченного стихотворения Пиндара говорится о том, что Гефест построил в Дельфах бронзовый храм Аполлона, бога музыки. Фронтон храма был украшен шестью золотыми статуями женщин, которые умели петь.


В сцене «Илиады», повествующей о посещении кузницы Гефеста, Фетида наблюдает нечто невероятное: помогающих богу движущихся и мыслящих женщин-автоматонов, сделанных из золота.


Это роботы «живым подобные девам прекрасным». Как отметил несколькими столетиями позже писатель Филострат: «Гефест создал прислужниц из золота и заставил золото дышать».


Это не просто сверхреалистичные подвижные живые статуи. Они «исполнены разумом, силу имеют и голос», а также владеют знаниями бессмертных богов. Выкованных из золота прислужниц можно рассматривать как раннюю версию искусственного интеллекта. Они наделены тем, что специалисты в обасти ИИ называют дополненным интеллектом, основанным на больших данных и машинном обучении. Но в отличие от андроидов Гефеста, современные ИИ-роботы нуждаются только в той информации, которая необходима для эффективного выполнения порученных им задач.


Одна из главных причин создания машин и роботов — это экономия. Выполняя работу за своих владельцев, они освобождают последних от монотонного труда. В 322 году до н.э. Аристотель проанализировал социоэкономические последствия изобретений, вроде тех, которые описаны в греческих мифах об автоматонах. Сначала Аристотель сравнивает рабов с орудиями и автоматами, которые исполняют волю своих владельцев. Чтобы хорошо жить, человек нуждается в орудиях, говорит он. «Из этих орудий одни являются неодушевлёнными, другие — одушевлёнными (например, для кормчего руль — неодушевлённое орудие, рулевой — одушевлённое)». «Раб — некая одушевлённая собственность, продолжает Аристотель, как и вообще в искусствах всякий ремесленник как орудие стоит впереди других инструментов».


Если бы неодушевлённые орудия могли выполнять работу сами, рассуждает он, то не было бы рабства: «Если бы каждое орудие могло выполнять свойственную ему работу само, по данному ему приказанию или даже его предвосхищая, и уподоблялось бы статуям Дедала или треножникам Гефеста, о которых поэт говорит, что они "сами собой (aytomatoys) входили в собрание богов"; если бы ткацкие челноки сами ткали, а плектры сами играли на кифаре, тогда и зодчие не нуждались бы в работниках, а господам не нужны были бы рабы».


Сегодня мечты древних о том, что машины могут однажды заменить рабов и освободить людей от необходимости работать, разделяются во многих частях света. Однако, по иронии, промышленные роботы ныне грозят лишить людей заработка и вызвать массовую безработицу.


Тем временем научно-фантастические антиутопии предсказывают мрачный сценарий — восстание образующих новый подчинённый класс автоматических рабов. Идея о том, что творения мастеров рано или поздно восстанут против своих создателей, также очень стара. Более чем две с половиной тысячи лет до того, как Карел Чапек придумал слово «робот» (от robota — «подневольный труд»), о связи между рабством и роботами говорили Аристотель (в упомянутом выше отрывке) и Сократ (говоривший в диалоге «Менон», что владеть живыми Дедаловыми статуями «мало проку, как и владеть человеком, склонным к побегам»).



©Adrienne Mayor



Оригинал можно почитать тут.

44 просмотра0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все
bottom of page