• Парантеза

Мишель Онфре: Как построить диктатуру. Принцип 7: Создать империю


Диктатура неизбежно расслаивается на две параллельные реальности —

идеологическую и фактическую — между которыми ловко переключается партийная элита. Заявлять о принадлежности к пролетариату и окружать себя предметами роскоши; публично проклинать враждебные страны и держать награбленные деньги в их банках; обвинять оппонентов в империализме и вынашивать планы по захвату соседних территорий — о том, что верно или ложно в каждом отдельном случае, решает партия, всемогущая и непогрешимая.



ПРИНЦИП 7: СОЗДАТЬ ИМПЕРИЮ

«У партии две цели: завоевание всего мира и полное уничтожение независимого мышления»


1. Подвергать детей идеологической обработке

«Тщательная умственная тренировка в детстве лишает тебя воли и способности слишком серьёзно задумываться о чём бы то ни было»


Когда речь идёт о насаждении идеологии, на взрослых можно воздействовать двумя способами: либо методом силы (запугиванием, насилием, тюрьмой, террором, слежкой, пытками), либо методом психологического воздействия (убеждением, софистикой, риторикой). На детей повлиять легче. Идеологическая обработка на раннем этапе позволяет предотвратить инакомыслие в будущем.


Подвергнувшись обработке Партии, дети на всю жизнь становятся ревностными распространителями её идеологии. Они готовы донести на кого угодно, даже на собственных родителей. Однажды отец девочки произносит сквозь сон слово, которое подразумевает мыслепреступление, и та сдаёт его полиции. Ему настолько промыли мозги, что даже оказавшись в тюрьме он продолжает гордиться своей дочерью. «Разве это не лучшее доказательство, что я воспитал её правильно?» — говорит он и добавляет, что раз он попал в тюрьму, значит он это заслужил.


2. Создать ручную оппозицию

«Большой Брат видит тебя»


В оруэлловском диктаторском режиме есть оппозиция. Никто её не видел, но каждый знает, что она существует, что ей руководит Гольдштейн и что есть книга, содержащая принципы этого невидимого Братства. Время от времени можно услышать обрывки фраз, увидеть ещё не закрашенное граффити, заметить едва уловимый жест, доказывающий, что Братство — это не миф. Многие подозревают, что в него могут входить их друзья или близкие, но уверенности быть не может.


О’Брайен, которого Уинстон считал верным слугой режима, связывается с ним и приглашает его и его подругу Джулию к себе в гости. В роскошных апартаментах он угощает Уинстона сигаретами (которые обычно невозможно найти) и вином (редким и очень ценящимся напитком) и в ходе беседы подтверждает, что Братство действительно существует и что с этого момента Уинстон является его членом.


О’Брайен сообщает Уинстону принципы Братства: нужно быть готовым отдать свою жизнь; убивать; осуществлять подрывную деятельность, которая может повлечь за собой смерть сотен невинных людей; совершить предательство в пользу иностранного государства; обманывать; шантажировать; распространять наркотики; поощрять проституцию; способствовать заражению людей венерическими болезнями; развращать сознание детей; лечь под нож с целью изменить вмешность — одним словом, пожертвовать всем.


Никто не знает ни сколько людей состоит в Партии, ни кто они. Контакты имеют место редко и в атмосфере строгой секретности. Каждый из партизан знает только двух или трёх других, не больше. Поэтому не следует ждать ни поддержки, ни помощи.


О’Брайен обещает раздобыть для Уинстона и Джулии книгу Гольдштейна «Теория и практика олигархического коллективизма». На самом деле эта книга была написана по заказу властей, которые используют Братство для обнаружения и ликвидации противников режима. Большой Брат видит и знает абсолютно всё.


3. Сформировать правящую элиту

«Новую аристократию должны были составить бюрократы, учёные, инженеры, профсоюзные деятели, специалисты по общественному мнению, социологи, преподаватели, журналисты и профессиональные политики»


Авторы книги, которые управляют одновременно и диктатурой, и оппозицией, образуют правящую олигархию. Олигархия эта состоит из бюрократов, учёных, инженеров, профсоюзных деятелей, специалистов по общественному мнению, социологов, преподавателей, журналистов и профессиональных политиков.


Представители элиты живут в роскошных апартаментах, расположенных в богатых кварталах, где никогда не разрываются бомбы. Они не ощущают на себе кризиса и дефицита продуктов, не едят безвкусную пищу, не пьют искусственные напитки и не курят папиросы без табака. Они ходят по бархатным коврам и толстому паласу. Они отдыхают в просторных комнатах, обставленных качественной мебелью. Они пользуются быстрыми и бесшумными лифтами. Им прислуживают иностранные слуги в белых фраках.


«Правящие группы в той или иной мере всегда были заражены либеральными идеями, допускали различные послабления, реагировали лишь на открытое неповиновение и совсем не интересовались тем, о чём думают их подданные».


Эта элита отказалась от коммунистической программы коллективизации земель и от идеи покончить с частной собственностью. Она взяла на вооружение новый принцип: «Единственной надёжной основой олигархии может быть только коллективизм» — но исключительно для членов элиты. Конфискованное у простых граждан делится между представителями элиты, так как «богатство и привилегии легче всего защитить, когда ими владеют сообща».


4. Порабощать при помощи технологий

«Технологический прогресс есть лишь там, где его плоды могут быть использованы для дальнейшего ограничения свободы человека»


Хоть руководители и «заражены либеральными идеями», наука по-прежнему подчинена идеологии. Так как наука является частью прежнего мира, при новом режиме её официально не существует и даже само слово исчезло. Настоящая причина презрения к науке в том, что наука подразумевает эмпирические исследования, эксперименты, проверку гипотез, репликацию результатов и поиск истины, а значит представляет угрозу для режима, основанного на вере, догмах, предрассудках, суевериях и преданности.


Однако при помощи предрассудков и догм самолёт не построишь. Если инженеры возьмутся за работу, руководствуясь принципом, что дважды два пять потому что так решила Партия, самолёт никогда не поднимется в воздух.


Но у Партии на всё готов ответ. Она создала двойную науку: одна согласуется с идеологией и соответственно не является настоящей наукой, а вторая игнорирует идеологию и отдаёт предпочтение реальности перед тем, что говорит Партия.


В этом режиме существует «двойная система астрономии», так же, как в некоторых недобросовестных предприятиях практикуется двойная бухгалтерия. «Звёзды могут быть от нас близко или далеко, как нам потребуется», — говорит О’Брайен.


Вот почему «в философии, религии, этике и политике дважды два могло равняться пяти, но когда вы создаёте винтовку или самолёт, дважды два должно быть четыре. Страны, которые не могли обеспечить эффективной организации производства, рано или поздно теряли независимость, а борьба за эффективность несовместима с иллюзиями».


Когда речь идёт о производстве вооружений, подготовке к войне, шпионаже или слежке за гражданами, на первое место выходит экспериментальная наука, так как на одной идеологии далеко не уедешь.


«У Партии две цели: завоевание всего мира и полное уничтожение независимого мышления». В соответствии с этими целями настоящая наука, не имеющая ничего общего с верой в Партию, должна обеспечивать выполнение двух задач: уничтожение максимального количества врагов и контроль над умами людей.


5. Маскировать власть

«Где-то здесь сидели никому не известные люди, которые управляли всем, координировали общие усилия, определяли политическую линию»


Правящая элита скрыта от глаз — видны лишь её маленькие ручонки. Режим повсюду, но никто его не видит. Власть не принадлежит ни отвечающему за пытки интеллектуалу; ни печатающему пропаганду рабочему; ни служащему, который сначала подчищает, а затем переписывает историю; ни фотографу, ретуширующему свои фотографии; ни инструкторше, превращающей пробуждение в армейскую процедуру; ни секретарю, который занимается организацией Недели Ненависти; ни проституке, на работу которой закрывает глаза режим; ни «пролам», на головы которых падают бомбы и которые пьют скверный джин в тёмных тавернах.


В то же время, «где-то сидели никому не известные люди, которые управляли всем, координировали общие усилия, определяли политическую линию. Они требовали: этот обломок прошлого сохранить, тот — фальсифицировать, а другой — уничтожить».


Есть ли тот, кто управляет людьми, которые управляют всем? «Никто не знает, где находится номинальный глава государства», — гласит книга. Но он существует.



©Michel Onfray


Оригинал можно почитать тут.



#общество, #политика

43 просмотра0 комментариев